Итак, недавно, а именно - 12, 13 ,14 июня, в Городе прошел международный фестиваль "Танго Белых Ночей". 12 числа я ходил из угла в угол и терзался - идти или нет. Выбрал первое. И вот, честное пречестное слово, не пожалел ни капельки. Было много всего, концерты, выступления, балы.... Немножко взгрустнулось оттого, что наши танцоры на фоне заезжих аргентинских товарищей выглядели несколько зажатыми. Может, от волнения (все-таки опыт публичных выступлений - великое дело). Просто сложилось впечатление, что наши, танцуя, постоянно помнят о том, что на них смотрят и, возможно, оценивают. И им это здорово мешает. А аргентинцы - те просто танцуют. И все же не могу не восхититься мужеством наших пар. После монстров выйти и танцевать - это не каждый осилит. А еще, среди аргентинцев была дама, прям-таки легендарная - Гарсиела Гонзалес. Но не в легендарности крылось веселье, а в том, что один из друзей, ранее видевший ее лишь на фотографиях, посмотрев в яви, разочарованно произнес: "Какая-то она коротенькая". Но это определение, разумеется, не умаляет ее достоинств. Просто весело. Все это счастье происходило на Петроградской стороне, а в это время на севере Города бушевала непогода. И сильно бушевала, как выяснилось.

Ну вот, было так... Представьте себе человека, вида совершенно иностранного. То есть не русского. То есть... Ну, вы же понимаете, на что я пытаюсь намекнуть. Как бы это пополиткорректней обозвать-то? Южно-россиянин, ага. Так вот. человек этот входит в автобус и, с видимым трудом вспоминая слова, спрашивает: "Метро едет?" Люди у нас понятливые и, большей частью, добрые, поэтому говорят: "Едет". И тут человек, придя, видимо, в восторг от того, что его понимают и даже дали осмысленный ответ на поставленный вопрос, выдает : "А зачем?" И все это очень громко и с жутким акцентом. Возможно, это была вторая из двух выученных фраз, но прозвучало философски фатально, вроде, как у Екклесиаста - суета сует.

Мир, труд, май! Ура!

Обойдемся без фамилий, тем более, что фамилии эти не так уж и трудно узнать, было бы желание. Да и не в фамилиях дело. Давно ли, недавно ли, скорее недавно, чем наоборот,  один самый-самый большой транспортный начальник задумал поехать с проверкой по своим владениям. А начальник он над всем, что связано с городским пассажирским транспортом. И вот, (скоро сказка сказывается, да не скоро дело делается) оказался он в одном из автобусных парков Города. И давай ругаться - и то, дескать, у вас не так, и это не этак, и, между прочим, дышать-то почти нечем, ибо загазованность воздуха очень велика. И дальше произнес то, что впоследствии по всем паркам рассказывали уже, как анекдот: "Вот был я в трамвайном парке, так там загазованности нет!"

Во дворе у нас откровенно южная свадьба. Бьют барабаны, завывают какие-то дудки, куча разноцветных веселых людей пляшут. И, знаете что, мне нравится. Мне нравится, что вот так, весело и от души, что на весь двор. А бабки наши, что на скамеечках сидят, даже встали и стоят теперь с полным непониманием происходящего на лицах. Офигели бабки, чего уж тут скрывать. Не видали они такого еще в нашем дворе.

На каждом, должно быть, предприятии живут себе всякие звери. У нас это собачки. Хотя собачки - не то слово, наверное. Даже не знаю, как и назвать эти стаи (две или три). Страшнее всего, что они плодятся и размножаются. Их много. Очень.

Так случилось, что во время отпуска, для того, чтобы занять глаза во время одного из приемов пищи, положил перед собой первую попавшуюся под руку книгу. В книге повествовалось о кадровых военных, регулярно нарушавших все, что возможно нарушать и при этом умудрявшихся снискать расположение начальства. "Три мушкетера" называлась эта книга. Ладно бы на этом закончилось... После прочтения всех книг о четырех героях и оплакивания троих из этой компании, настал черед "Учителя фехтования". Эту книгу я взял впервые. Поддамся искушению и приведу два отрывка, которые очень понравились. "Ни в какой другой стране не встретишь среди народа таких спокойных лиц, как здесь. В Париже из десяти человек, принадлежащих к простому люду, лица пяти или шести говорят о страдании, нищете или страхе. В Петербурге я ничего подобного не видел".     И еще: "В пути ямщик распевает свои бесконечные песни, не обращая внимания на то, что делается позади него в экипаже. Бывали случаи, что седоки вываливались на ухабах из экипажей, а ямщик как ни в чем не бывало продолжал ехать дальше. И только потом, заметив исчезновение своих седоков, возвращался за ними и говорил в утешение со своей обычной улыбкой: - Это ничего".

Скажи мне, ты помнишь? Хоть что-нибудь помнишь?
Снаряды, осколки, суровый мороз?
Мороз? Да, наверно. Снаряды… не знаю…
Не верилось как-то, что это всерьёз.

Помню вкус мыла… Уставшую маму…
Стук метронома… И белый платок.
Помню трамвай, пленных немцев на Малом…
Третий за год похоронный листок…

Помню… И смерть окостившейся лапой
Что-то, как в детстве, сжимает в груди.
Помню, кричала: «Пожалуйста, папа!
Пожалуйста! Папа!
Не уходи!»

Помещаю у себя эту запись. Мало ли что бывает, вдруг кто-нибудь что-нибудь, да знает.
http://drinkin-angel.livejournal.com/38274.html

Осторожно!
( Не давать читать детям )

Вчера довелось увидеть идеального пешехода. С моей, как водителя, точки зрения. Итак. Это была старушка. В вязанной шапочке. Шапочка обшита световозвращающей полосой. Ниже, на нечто плащеподобное сверху была надета жилетка, как у гаишников. Ядовитого цвета и опять же, расшитая световозвращающими полосами. В довершении всего старушка была с палочкой. Обычной такой, чтобы ходить легче было. Но вот раскрашена палочка была в черно-белую полоску.

Развеселило объявление на стеклянной двери туалета в автобусном парке

А на станции - маленькие кошки.

Вот с работы пришел сейчас, теперь по-быстренькому напишу, потому что в одиночку такое терпеть невозможно, тут и смех, и, сами понимаете... Ага. Начнем. Происходит все в ветеринарной клинике. Приходит туда женщина и приносит с собой корзинку со щенками. Щенки - малюсенькие таксы. Гладкошерстные. Черно-подпалые. Принесла их на прививки. Нет? Не хихикает еще никто? Ну ладно, тогда готовьтесь. Выходит из кабинета девушка в медицинском халатике, корзинку забирает. И вот, открывается дверь и появляется та самая девушка. Корзинку выносит. Щенки все на месте, да только уши у них уже купированы. Женщина, что их принесла, слова сказать не может, а девушка с душевной улыбкой и говорит: " Ну что же Вы сидите? Забирайте Ваших доберманчиков".

Смысл: даются три названия книг. Задача - написать про эти книги. А вот суть в том, что книг этих на самом деле нет и не было никогда. Так вот, arhivolt  предложил следующее:
1,Анатомия Горгульи
2.Полидевки
3. Лекса в поисках Лексы.
"Анатомия Горгульи" Этьен Сале (Etienne Salers) (1622-1694).
Средневековая Европа. Инквизиция. Охота на ведьм. Жену Карла, обвинив в связи с нечистой силой, сжигают на костре. Карл с двухлетней дочерью бежит из родного города. Ему всюду страшно и всюду его преследуют дожди. Когда идет дождь, дочь плачет. Так они добираются до Руана, который, случайно, казалось бы, готова смыть вышедшая из берегов Сена. Почтенный Рами, приютивший беглецов, знаток легенд и преданий, присматривается к маленькой Си... Результатом выбора неминуемо будет смерть, но на одной чаше весов - совершенно незнакомые люди, а на другой - собственная дочь.

"Полидевки"
А. Корин
"Полидевк - один из братьев Диоскуров, известный, как кулачный боец"
На первой же странице крупно написано, что все это выдумка, да и все персонажи тоже, так что никаких аналогий, пожалуйста. Речь идет о двух братьях близнецах. Боксерах. Ребята уже добились кое-чего в спорте, но... друг к другу они питают отнюдь не братскую любовь, но воспитание их таково, что не позволяет перейти к однополым отношениям и, чтобы их взаимная тяга наконец вылилась в нечто большее, каждый из них решает втайне от другого, сославшись на подготовку к очередному бою, сделать операцию по смене пола. Что из этого получилось, читайте в книге А. Корина "Полидевки". 

"Лекса в поисках Лексы"
Всемирный Родительский Комитет утверждает производство говорящих игрушек, направленное на воспитание высоких моральных качеств у детей. Теперь плюшевые медвежата, если дернуть их за ухо, говорят: "Зачем ты так, мне же больно".
Лекса - дворняжка, однажды увидевшая, как в мусорную машину человек в синем комбинезоне бросает лоскутную собачку. И все бы ничего, но собачка, прежде, чем скрыться среди пустых коробок, вчерашних газет и прочего хлама, кричит: "Не бросай меня, пожалуйста"! Лекса знает только одно имя - свое. Так ее когда-то называли люди. Поэтому она называет лоскутную собачку так же. И теперь жизнь Лексы меняется, в каждом голосе она слышит: "Не бросай меня, пожалуйста"! И отправляется на поиски, возможно, что и своего счастья, ведь у дворняжек тоже есть счастье.